• МАЯТНИК ИСТОРИИ

«Во всем виноват Запад!» Открытый судебный процесс над вредителями

Пост обновлен февр. 20

«Суд идет, прошу встать!» - красноармеец с винтовкой требует от присутствующих в Колонном зале Дома Союзов подняться и проявить уважение к прибывшему Специальному судебному присутствию Верховного суда СССР под председательством Андрея Вышинского. Рассмотрению подлежит резонансное дело о контрреволюционной организации, существовавшей в производственном секторе и имевшей условное название «Промышленная партия».

После изобличения вредителей в ходе «Шахтинского дела» 1928 года забастовки среди рабочих Советского Союза продолжились, что подтолкнуло власть и ОГПУ к проведению очередного судебного процесса, главными виновниками в котором стали бы представители старой технической интеллигенции. Уже весной 1930 года была арестована большая группа инженеров, ученых и специалистов, обвиняемых в попытке подорвать успехи индустриализации.

Обвиняемые по делу "Промпартии"


Для создания атмосферы всеобщей ненависти к выявленным вредителям по стране прокатывается волна демонстраций, на которых рабочие требуют раскрыть заговоры во всех сферах промышленности, требуют беспощадно расправиться с врагами народа. Демонстрации нередко сопровождают бойцы Красной Армии, причем не ясно – это единение с народом или же контроль над политической сознательностью граждан. Так или иначе, плакаты и выкрики красноречиво говорят о том, что миллионы выступают за смерть тем единицам предателей, при этом даже не осознавая, виноваты ли они в чем-то.

Зал заседания полон и бурлит. Периодически он начинает шипеть и брызгать ругательствами, особенно когда вводят восемь подсудимых. Но предельно спокойный Вышинский успокаивает людскую массу и приступает к опросу обвиняемых. По очереди они подходят к невысокому столику, крепко упираясь в него руками и начиная свое же обличение.

Андрей Вышинский


Первым выступает профессор Леонид Рамзин, объявивший себя руководителем контрреволюционной «Промпартии». Говорит он спокойно, словно неоднократно репетировал свою речь. В ней Рамзин кается и разоружается перед лицом советского суда и общественности. Осознав свою вину, он вскрывает план своей вредительской деятельности, в котором участвовали видные инженеры и ученые. План был направлен на свержение Советской власти благодаря созданию искусственных кризисов и диверсий в промышленности с целью нанести ущерб народному хозяйству, а главную помощь должны были оказать страны Антанты и белая эмиграция, которые уже были готовы к началу интервенции, но вовремя раскрытый заговор не дал ей осуществиться. Обстоятельный доклад Рамзина длился целых два дня, после чего он просит пощадить его, полностью раскаявшегося и желающего работать на благо СССР.

Леонид Рамзин


Линию, заданную Рамзиным, продолжают его соратники по «Промпартии», которые должны были в случае успеха переворота получить министерские портфели и высшие посты в новом государстве. Их доклады уникальны и будто созданы одним автором. Никто из них практически не повторяется и, так же как их предводитель, они разоружаются, каются и безоговорочно признают свою вину. Все они надеются выйти из тюрьмы и уповают на милость государства, которое позволит им вновь работать и искупить упорным трудом свои грехи. По подсудимым вино, что они уверены в этой милости, поскольку говорят и делают ровно то, что от них и требуют.

Павел Иванов, запасный член судебного присутствия


Один из подсудимых, инженер Ларичев, выступая в качестве представителя специалистов-вредителей и обличая свою среду, произносит идеологически верную фразу, что только рабочие могут контролировать производство, противостоя вредительству и диверсиям. Но прокурор Николай Крыленко не сильно заинтересован в этом обличении, он что-то рисует и крутит карандашом, поскольку решение суда уже утверждено заранее, а представление это продолжается лишь для легитимизации процесса.

Наконец, после огромного количества признаний, оговоров и самооговоров слово берет прокурор. Констатируя факт борьбы с социалистическим строем как за границами СССР, так и внутри государства, Крыленко предлагает лишь одну меру наказания, применимую к вредителям, пусть и разоружившимся – расстрел, всем до одного. Суд совещается, и Вышинский, наконец, объявляет восьмерым вредителям коллегиальное решение: трое подсудимых согласно различным пунктам статьи 58 Уголовного кодекса РСФСР приговариваются к 10 годам заключения, пятеро – к высшей мере наказания. Зал заседания рукоплещет.

Советский плакат


Приговоренные к смерти ошеломлены таким решением, но Советская власть оказывается милостивой по отношению к ним, и ЦИК СССР заменяет расстрел на 10 лет заключения, а остальным уменьшает срок. Спектакль окончен. Судьба благоволит к бывшим вредителям, и спустя несколько лет большинство из них выйдет по амнистии и продолжить работать по специальности, а Рамзин в 1943 году даже станет лауреатом Сталинской премии.

Процесс над «Промпартией» оказался более талантливой постановкой, чем предыдущее «Шахтинское дело». Все шло точно по сценарию, если бы не отдельные моменты, о которых сценаристы просто были не осведомлены. Так, министром внутренних дел в будущем правительстве должен был стать Павел Рябушинский, находившийся в эмиграции. Однако он скончался еще в 1924 году, то есть задолго до того, как появилась «Промпартия».

Дело «Промпартии» выполнило свои основные задачи – напряженность в промышленности была снята, гражданам СССР были показаны главные виновники «диверсий» в промышленности, а инженерно-технический персонал фактически оказался в заложниках, мирясь с развернувшимся в стране стахановским движением, которое нередко лишь вредило производству. Сам процесс стал эталоном судебных заседаний, которые спустя несколько лет поставят на поток уничтожение неугодных.

Просмотров: 100
Узнайте первым о новых публикациях!

НАВИГАЦИЯ

  • Vkontakte Social Иконка
  • Одноклассники Social Иконка

Внимание! Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций