• МАЯТНИК ИСТОРИИ

Начало «Ржевской мясорубки»: кто виновен в гибели армии генерала Ефремова?

Одной из участниц битвы за Москву стала 33-я армия под командованием генерал-лейтенанта Ефремова. На участке Западного фронта, который прикрывала армия, 1 декабря 1941 года после артподготовки перешли в наступление немецкие войска, усиленные танками. Используя численное превосходство, части вермахта прорвали оборону под Наро-Фоминском и заняли ряд населенных пунктов, но благодаря действиям Ефремова, сформировавшего танковую группу для разгрома противника, положение удалось восстановить.

Михаил Ефремов


В дальнейшем 33-я армия в ходе контрнаступления под Москвой добилась успеха, 26 декабря 1941 года освободив Наро-Фоминск, а 19 января 1942 года Верею. Только под Боровском, который был взят 4 января, согласно донесениям штаба 33-й армии были захвачены следующие трофеи:

Орудий ПТО — 35, орудий разных 90, станковых пулеметов — 39, ручных пулеметов — 232, автоматов — 296, винтовок — 1585, ПТР — 37, минометов — 111, снарядов разного калибра — 11 488, винтовочных патрон. — 139 600, танков — 14, танкеток — 5, автомашин грузовых — 1134, автомашин легковых — 70, мотоциклов — 115, велосипедов — 880 и прочее вооружение и военное имущество.

Но успех сопровождался и высокими потерями.


Однако, несмотря на потребность 33-й армии в отдыхе и пополнении, командующий Западным фронтом Георгий Жуков отдает приказ наступать дальше совместно с 1-м гвардейским кавалерийским и 4-м воздушно-десантным корпусами, обозначив конечную цель – город Вязьму. При этом отношение Жукова к Ефремову было предвзятым: Жуков был излишне требовательным к своему подчиненному, практически не общался с ним напрямую, чаще всего связываясь через своего начальника штаба Соколовского. Но Ефремов, невзирая ни на что, выполнял приказ.

Кавалеристы 1-го гвардейского корпуса


К 26 января 1942 года 11-й кавалерийский корпус, подчиненный Калининскому фронту, прорвался с севера к Вязьме. В тот же день Жуков отдает приказ 33-й, 43-й и 50-й армиям и 1-му гвардейскому кавалерийскому корпусу выйти на подступы к городу, что войскам Ефремова было крайне сложно выполнить: к сроку, указанному в приказе (28 января) они должны были преодолеть порядка ста километров по глубокому снегу и под постоянными налетами вражеской авиации. К этому моменту немецкие войска сумели оправиться и начали активные действия по блокированию наступающих частей Красной армии. Нависла угроза окружения, но вместо организации отхода еще боеспособных войск Ефремова Жуков 30 января выпускает новый приказ, предписывающий продолжать наступление и выйти к Вязьме к 1 ферваля, при этом о выделении резервов в приказе нет ни слова. В результате этого промедления 2-3 февраля коммуникации 33-й армии были перерезаны, а сама армия оказалась в котле.

Атака советских войск


В окружении кроме Ефремова оказался и 1-й кавалерийский корпус под командованием генерал-лейтенанта Белова. Но благодаря находчивости кавалеристы сумели отыскать брошенную еще в октябре 1941 года технику, орудия и боеприпасы, что позволило им еще долгое время успешно сражаться с немецкими войсками. Позже к частям Белова присоединились бойцы 4-го воздушно-десантного корпуса, которые совместно с кавалеристами сражались в окружении вплоть до июля 1942 года.


Перед самой Вязьмой войска Ефремова остановились. Сказывалось отсутствие резервов, боеприпасов, усталость солдат и прочность организованной немцами обороны. Появились проблемы с продовольствием, не хватало теплой одежды, из-за отсутствия фуража гибли лошади, основной транспорт армии. Но 33-я армия продолжала сражаться, ежедневно вступая в бои с немецкими войсками. Ефремов пытается добиться у Жукова поддержки в виде провианта и свежих частей, но командующий фронтом заверяет, что помощи для окруженных у него нет, необходимо полагаться на свои силы. После одного из разговоров Ефремов раздраженно бросил: «Тебя бы сюда хотя бы на недельку».

Реконструкция боев под Вязьмой


33-я армия находится на краю гибели. Ефремов пытается поддерживать дисциплину и порядок всеми возможными способами, включая выпуск приказов о расстреле дезертиров и трусов. Но войска тают на глазах, нет боеприпасов, голодные солдаты не спят сутками и делают все от них возможное, не имея при этом артиллерии, танков и транспорта. Лишь в конце марта Жуков приступил к оказанию помощи окруженным. Было налажено авиасообщение, которое позволило доставлять в 33-ю армию хотя бы часть необходимого и вывозить оттуда раненных.

Ржевско-Вяземская наступательная операция


3 апреля 1942 года немцы сбросили над окруженными ультиматум о капитуляции, в котором командование вермахта с уважением говорит о сражающихся частях и предлагает им сдаться в обмен на жизнь. В ответ на ультиматум Ефремов запросил командующего фронта нанести авиаудар по немецким позициям. Просьба была выполнена, но кроме этого фронт мало чем помогал окруженным. Ефремов, видя бесперспективность попыток деблокировать его армию, в отчаянии даже обратился напрямую к начальнику Главного политуправления Льву Мехлису, за что получил нагоняй от члена Военного совета Западного фронта Ивана Хохлова.


7 апреля 1942 года Ефремов получил шанс спастись: к окруженным прилетел самолет, на котором лично Сталин приказывал ему вылететь на Большую землю. Но командарм отказался это сделать, отправив на последнем борту боевые знамена. Ефремов не хотел бросать на произвол судьбы солдат, с которыми попал в такую тяжелую ситуацию.


К уже ставшими обыденными проблемам в виде голода, нехватки боеприпасов, усталости и непрерывных боев в начале апреля добавилась еще одна, половодье. Солдаты в промокших валенках постоянно перемещались, не имея возможности согреться. Ситуация была близка к катастрофе, и 11 апреля 1942 года штаб Западного фронта прислал директиву, предписывающую сосредоточить имевшиеся у 33-й армии силы в районе Шпыревского леса и идти на прорыв навстречу 43-й и 49-й армии, пробивавшим коридор с другой стороны.


Выполнить приказ уставшим войскам в условиях распутицы и большого числа раненных (их к апрелю насчитывалось уже порядка трех тысяч) было крайне сложно, но ефремовцы продолжали идти к своему спасению. Прорыв был назначен на 13 апреля, и именно в этот день связь с 33-й армией теряется. Все, что происходило в Шпыревском лесу, можно узнать лишь со слов участников той мясорубки.


Части 33-й армии, идя на прорыв, попали в устроенную немецкими войсками засаду. Пулеметы буквально косили обессиленных солдат, но генерал Ефремов, понимая, что это единственный шанс спастись хоть кому-то, лично поднял войска в атаку на немецкие позиции. Отдельные ударные группы, не сумев прорваться, отступали обратно, пытаясь нащупать слабые места в немецкой обороне на других участках, некоторым это удалось. В этот момент введенные в бой немецкие танки напали на обоз с раненными советскими солдатами, начав давить их гусеницами. Спастись удалось лишь тем, кого санитары сумели оттащить в лес. В течение нескольких дней 33-я армия как боевая единица погибла, лишь немногие смогли выйти к своим, некоторые присоединились к партизанам.

Немецкие танки под Вязьмой


Генерал Ефремов, получивший несколько ранений, до конца оставался со своими солдатами. Поняв безвыходность сложившегося положения, он не пожелал сдаваться в плен и застрелился предположительно 19 апреля 1942 года. Позже его тело найдут немцы, торжественно похоронив храброго командира в селе Слободка и установив на его могиле табличку с именем Ефремова на русском и немецком языках.


Гибель 33-й армии и его командира стала одним из самых трагических событий Великой Отечественной войны. Причиной его стала недооценка сил противника, причем не только командующим Западным фронтом Жуковым, но и Ставкой, которая рассчитывала без должной подготовки разгромить ослабевшие, как им тогда казалось, немецкие войска прежде, чем они сумеют перебросить резервы.

Проект памятника погибшим советским солдатам


Георгий Жуков в своей книге «Воспоминания и размышления» так говорит о гибели 33-й армии под Вязьмой:

«Критически оценивая сейчас эти события 1942 года, считаю, что нами в то время была допущена ошибка в оценке обстановки в районе Вязьмы».

Словно извиняясь перед Ефремовым, он вспоминает о нем как о храбром генерале, павшем смертью героя. Героя, обреченного на поражение. Именно из-за неудач командования подвиг 33-й армии долгое время оставался неизвестным, а Шпыревский лес стал огромной безымянной могилой для погибших советских солдат.

Источники: Георгий Жуков. Воспоминания и размышления; Сергей Михеенков. Армия, которую предали

Уже уходите? Рекомендуем Вам прочитать свежие статьи на нашем сайте:

Просмотров: 2,908
Узнайте первым о новых публикациях!

НАВИГАЦИЯ

  • Vkontakte Social Иконка
  • Одноклассники Social Иконка

Внимание! Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций